Автор: Д.Р.

Здравствуйте, дорогая редакция! Вот уж не думал, что доведется писать в Вашу газету письмо – в чудеса я никогда не верил, мистикой не интересовался. Но и чудеса эти, и мистика сами меня настигли. Среди плеяды моих многочисленных родственников особой эксцентричностью выделялся один субъект. Приходился он мне седьмой водой на киселе, виделись мы не часто, разговаривали за всю мою жизнь всего раз десять… До сих пор затрудняюсь определить степень нашего родства: по возрасту он годился мне в деды, но я всегда называл его дядей Лешей. Как я уже говорил, был этот дядя Леша со странностями: никогда не жил на одном месте больше года, предпочитал уединение, не любил долгих разговоров, никогда не был женат.

Заберется, как паук, в какую-нибудь темную, отдаленную нору и сидит себе там в одиночестве – а потом неожиданно сорвется с места и рванет через всю Россию куда-то к черту на рога. Пытался я как-то выведать у остальных родственников: чего это дядя Леша бегает по всей стране? от кого прячется, может? чем он, вообще, занимался, где работал? Но у всех родственников, словно они сговорились, на подобные вопросы ответ был один: палец к губам и – тсссс!

Так бы я, наверное, и не узнал тайну дяди Леши, если бы внезапно тот не переехал жить в N***, то есть под самый бок ко мне. Меня подобное соседство поначалу не напрягало: всем был известен скрытный и нелюдимый нрав дяди Леши. И вдруг как-то вечером в моей квартире раздается телефонный звонок. И только представьте себе — дядя Леша приглашает меня к себе в дом! В гости! С ночевкой! Идти мне не очень-то хотелось, но оказаться тоже было невозможно – все-таки родственник, никого, кроме меня, тут не знает. Да и заинтриговал он меня, по правде говоря, своим звонком — семью не бери, приезжай один, обязательно на всю ночь, нужно поговорить. Вот я и купился, как любопытная Варвара.

Читайте также статью:  По ту сторону реальности

Приехал я к назначенному времени, нашел дом (на отшибе, конечно же, как и все прочие дома дяди Леши), постучался. Первое, что я подумал, едва дядя Леша открыл дверь: «А постарел ты, дядюшка, да и на душе у тебя не чисто – вон как глаза бегают!». Я вошел, меня усадили за накрытый стол, начали разливать, угощать, расспрашивать про семью… Только чувствую я – не от души все это, за другим меня дядя Леша позвал. Для отвода глаз вся эта родственная забота, вот он и глаз на меня не поднимает…

…а стол, за которым сидим, большой такой, длинный, четырнадцать стульев за ним стоят помимо наших. Зачем такой большой стол на двоих? И в комнате кроме этого стола – ничегошеньки! Только лампочка без абажура над столом болтается…

Дядя Леша, наконец, прекратил никому не нужные расспросы, вытер усы – и вдруг, без всякого перехода, начал говорить. И тут я понял, почему вся жизнь дяди Леши среди наших родственников под «тссссс» проходила. Оказывается, до глубокой старости работал мой добрый дядюшка не кем-то там, а палачом-экзекутором. Смертные приговоры в исполнение приводил, если проще. До этого момента речь дяди Леши была страшной, но хотя бы вразумительной, зато потом началось… «Знаешь, Мишка, они меня преследуют! – быстро заговорил дядя. – Всю жизнь преследуют. И только эти четырнадцать! Говорят, они не виноваты были! Уж куда я только от них не убегал – месяц-два поживу спокойно, а потом они меня все равно находят! Так ведь я же не виноват! Не я их судил! Мое дело маленькое: осудили, приговор вынесли – значит, исполняй! Да, каюсь, да грешен – нравилась мне эта работа, нравилось мне палачом быть! Вроде как я выше всех стою! Так ведь не виноват я в том, что их невинно осудили! Давно же это было!».

Читайте также статью:  Ночной гость

Вот тут мне совсем нехорошо стало. Мало того, что дядюшка у меня – бывший палач, так он на этой почве еще и рехнулся! И меня за собой тянет. Встал я, чтобы под шумок улизнуть – да не тут-то было! Дядя Леша впился в меня, как осьминог: «Никуда ты не пойдешь! Для того я тебя и позвал, что надоело мне от них бегать. Вот придут они сегодня – я и скажу им все. А ты рядом будешь, а то страшно мне. И не вздумай сбежать – убью!». И тычет мне в лицо старым пистолетом. Очень хорошо эта штука убеждает, скажу я вам!

Делать нечего, сидим мы оба в этой пустой комнате со столом. Вроде мне и страшно до дрожи, а наваливается неудержимая дрема. Дядя Леша меня трясет за плечо, а я голову поднять не могу, проваливаюсь в сон, как в омут. И вдруг чувствую – не одни мы в комнате. Чьи-то голоса вокруг, шаги, скрип отодвигаемых стульев, дядин голос: «Уходите прочь! Не виноват я! Идите к тем, кто вас осудил, а я не виноват!». Все сквозь сон слышу отчетливо, только проснуться не могу. А голоса все громче: мужские, женские, громкие, гневные, половицы скрипят, дядя что-то бормочет, пытается их всех перекричать, потом и вовсе какой-то скулеж: «Не хочу, не хочу, не заставляйте…». А потом вдруг одинокий выстрел – и тишина…

Так я и не проснулся до утра. Просыпаюсь – за окнами рассвело давно, а лампочка без абажура так и не выключена. Во главе стола дядя Леша сидит мертвый, с дыркой во лбу, пистолет на полу рядом валяется. И — четырнадцать пустых стульев вытащены из-за стола и поставлены вкруг стула дяди Леши.

Читайте также статью:  Вымышленная страна Дирка (часть 1)

 

 

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ