Лётчик «с того света»

Герой Советского Союза Анатолий Павлович Артёменко – о том, как он мечтал бить врага, не боясь даже трибунала.

19 декабря 2015 года мне исполнилось 97 лет. А 71 год назад я, украинский хлопец из-под Вознесенска, чеканил шаг по Красной площади в рядах Победителей.

…В школу профессиональных лётчиков меня не взяли из-за здоровья. Зато как любителя приняли в аэроклуб. Я так старался быть хорошим учеником, что в итоге уже в 1938-м из меня самого получился учитель, которого в конце концов сделали военным инструктором. Хотел летать, чтобы сражаться с врагом в небе, а мне сказали: из-за тебя одного ничего на фронте не изменится. Зато будет толк в тылу, потому что научишь летать сотни и они добьются гораздо большего, чем ты один…

Но разве можно смириться с такой несправедливостью? Я начал искать пути, как исправить положение. И нашёл… Дело было в мае 1943-го под Куйбышевом. Туда после Сталинградской битвы прилетел полк, почти целиком составленный из инструкторов, с которыми я начинал. Увидели ребята, что я всё ещё в сержантах хожу (а они уже лейтенанты), и давай стыдить: так ты, оказывается, «тыловая крыса»…

Я на колени упал: «Да вы что, ребята? Я каждый день на фронт прошусь. Не отпускают. Спасите, если можете!» Тогда они повели меня к своему командиру майору Ивану Красночубенко. «О чём разговор? Беру с удовольствием – кто ж от таких спецов отказывается? – сказал тот. – Неси документы!» Я к своему полковнику, а он: «Да ты что? Берлин ещё далеко. Разговор окончен. Кругом!»

Тогда я решил, когда полк Красночубенко будет улетать на войну, бежать вместе с ним. Перед рассветом рванул на аэродром. Прокрался к одному из самолётов и залез в отсек позади кабины механика-пулемётчика. Там во время боевых вылетов находится фотоаппаратура для съёмки результатов атаки. Залез и жду. Взлетели… Чувствую, что Ил-2 пилота, как надо, не слушается – всё-таки 90 кг в неположенном месте добавилось. Решил перебраться к механику. От страха тот чуть из кабины не выпрыгнул. Я всё объяснил и успокоил, что пилот опытный и всё будет в порядке. Но он всё равно на всякий случай парашют надел…

Читайте также статью:  Пей там, где конь пьет. Конь плохой воды не будет пить никогда. Стели постель там, где кошка укладывается. Ешь фрукт, которого червяк коснулся. Смело бери грибы, на которые мошкара садится. Сади дерево там, где крот землю роет. Дом строй на том месте, где змея греется. Колодец копай там, где птицы гнездятся в жару. Ложись и вставай с курями - будешь иметь золотое зерно дня. Ешь больше зеленого - будешь иметь сильные ноги и выносливое сердце, как у зверя. Плавай чаще - будешь себя чувствовать на земле, как рыба в воде. Чаще смотри на небо, а не под ноги - и будут твои мысли ясные и легкие. Больше молчи, чем говори - и в душе твоей поселится тишина, а дух будет мирным и спокойным.

Прибываем на место, а шифровка на меня быстрее самолёта прилетела: арестовать и срочно обратно! Я взмолился: не отправляйте!!! Красночубенко говорит: «Ладно, что-нибудь придумаем. Попишут-попишут и успокоятся. Начинай воевать!»

И я стал воевать. Сперва командиром звена. К тому времени мы уже основательно начали бить немцев. Тут автоколонну в прах. Там эшелон под откос. vk.com/historylink Стратегический мост разрушили, чтобы они ни туда ни сюда… Перед Курской дугой командир даже о награде заговорил.

Только полковник мой не унимается – бомбит шифровками. Пригрозил трибуналом даже моему новому начальству. Оно сдалось: «Придётся, Толя, возвращаться…» И тогда я предложил: «А вы сообщите, что я погиб». Удивились такой «находчивости», но так и сделали. Шифровки прекратились. И о случившемся стали забывать.

Но однажды меня увидел командир дивизии, которого атаковал телеграммами мой полковник и которому доложили, что я погиб… Увидел и аж дышать перестал: «Ты что… с того света? Ну… я тебя воскрешу!» У меня сердце оборвалось.

И вот объявляют общее построение полка. Команда: «Равнение направо! Сержант Артёменко, три шага вперёд!» Ну, думаю, отвоевался: отправят сейчас под трибунал, и всё! Выходят из штаба, как полагается, все чины и командир дивизии: «Читай приказы!» И начальник штаба начинает читать.

Приказ первый: «За успешное выполнение целого ряда боевых заданий сержант Артёменко награждается орденом Боевого Красного Знамени». Приказ второй: «Сержанту Артёменко присваивается воинское звание лейтенант». И приказ третий: «Лейтенант Артёменко назначается заместителем командира эскадрильи с присвоением ему гвардейского звания».

Представляете, что значило в моём положении услышать хотя бы один такой приказ? А тут – сразу три! Это было признание, что я не только имею право, но и должен воевать как никогда.

Читайте также статью:  После щелчка фотоаппарата их не стало: 20 поражающих снимков за миг до смерти

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ