Я сразу заметила этого мальчика, невысокого, худого, с испуганными глазами…

Знаете, когда мы с ним познакомились? Правильно! Тогда, когда деревья были большими, яблоки — настоящими, из бабушкиного сада, а мультики — добрыми и милыми.

Очень хорошо помню первую встречу. Во втором классе у нас появился новый мальчик. Невысокий, худенький, рыжеватые волосы, смешная ямочка на подбородке и испуганные глаза. Ему было явно не по себе, ведь все вокруг чужие.

Я первая подошла знакомиться:

— Тебя как зовут?

— Тимофей, — мальчишка смотрел на большое ярко-красное яблоко, которое я принесла из дома.

— А меня — Марина!

В его взгляде было нечто такое, необъяснимое… Наверное, поэтому я спросила:

— Ты яблоко хочешь?

— А можно?

— Дают — бери, бьют — беги! — и протянула румяное яблочко.

— А папа говорит, что просить нельзя!

— А ты и не просил, я сама дала! А что мама говорит?

— А у меня нет мамы, — мальчик шмыгнул носом.

— Как это нет?

— Моя мама умерла…

Помню, что и у меня в носу сразу защипало, захотелось плакать.

С тех пор каждый день приносила для своего нового друга Тимошки то пирожки, то конфеты, то яблоки, то груши. Приходя в школу, первым делом бежала к Тимофею и распихивала гостинцы по его карманам. Вскоре выяснилось, что отец Тимки и мой папа — бывшие одноклассники. И мы часто стали встречаться у нас дома. Вот уж где радости-то было! Ведь нам так нравилось проводить время вместе, что и не высказать словами…

Еще одно из воспоминаний далекого детства: наши папы сидят на кухне, пьют водку и почему-то оба плачут. При этом отец Тимки твердит одно и то же: «Эх, не уберег я Леночку, не уберег!»

Читайте также статью:  Помогите найти книгу:)

Уже позже, став взрослой, я узнала, что в школьные годы оба наших родителя были влюблены в одну и ту же девочку, которая потом стала мамой моего друга Тимофея. Через какое-то время папа Тимки купил квартиру в соседнем с нами доме. Дом-то соседний, а детская площадка — общая! Нашему с Тимошей счастью не было предела! Мы могли целыми выходными играть в песочнице. Потом с балкона выглядывала моя мама и звала обедать.

До сих пор у меня хранится Тимкин подарок на день рождения: самодельная открытка. На ней нарисованы цветочек, солнышко, деревья, домик, а чуть дальше -мама, папа и дети, трое.

— Тим, что ты нарисовал? — спросил его мой отец.

— Счастье! — приятель густо покраснел.

Мама испекла вкусный торт, мы все вместе пили чай, танцевали и веселились, а Тимошкин папа снимал это действо на видеокамеру. Позже что-то в нашей семье изменилось, только я не могла понять, что именно.

Мама почему-то стала задерживаться на работе, да и в выходные ее частенько не бывало дома. А я, Тимофей и наши папы ходили гулять в парк, на речку, в цирк и на мультики.

Когда я подхватила ветрянку, мы с Тимохой стояли каждый на своем балконе и без устали махали друг другу руками. От этого казалось, что товарищ совсем близко и переживает за тебя. Однажды Тимка разбил коленку и расплакался, а я дула ему на ранку и успокаивала:

— Ничего, ничего, сейчас придет мой папа вылечит тебя! Он же доктор!

— А он уколы мне делать не будет? — глаза друга стали такими же испуганными, как в тот день, когда мы познакомились.

Читайте также статью:  Новолуние, 3 августа[моё]

— Не бойся! Я буду держать тебя за руку!

‘- Как Марабу бегемота в мультике?

— Ага!

Летом бабушка повезла меня отдыхать на море. Там я считала дни до возвращения, мечтая снова увидеть приятеля и подарить ему гостинцы: разноцветные камешки, ракушки, шишки…

Но дома ждало первое детское горе. Папу Тимофея (он был военным) перевели в другой город. Квартиру они закрыли и уехали. А я проплакала несколько дней.

…Прошло время. Мои родители разошлись. Мы с мамой перебрались к бабушке на другой конец города. Долго я не могла простить, что спустя год отец женился, а меня, как тогда считала, забыл совсем. Хотя то, что с нами почти сразу стал жить какой-то дядя Толя, восприняла спокойно. Но когда мне исполнилось тринадцать, бабуля со стороны отца объяснила: не папка стал инициатором разрыва, он всеми силами старался спасти семью, просил маму не уходить.

Став старше, я нашла общий язык с Лизой, женой отца. Детей у них не было, и она любила меня, как родную. А к моему окончанию института они с папой сделали царский подарок: сами переехали в дом родителей Лизы, а мне отдали квартиру, в которой прошло мое детство…

…В тот день я пошла, купить себе что-нибудь перекусить.

Когда выходила из магазина, столкнулась с каким-то высоким и весьма привлекательным молодым человеком.

Тот застыл в дверях, как столб, перекрыв другим покупателям выход.

— Эй, ты что, уснул, что ли? — окликнул его кто-то. Парень зашел внутрь, но буквально через пару минут вышел и окликнул меня:

— Ты яблоко хочешь?

— Простите, не поняла… Что вы сказали?

Читайте также статью:  Природа[моё]

— Ты яблоко хочешь?

— М-м-м… Случайно, не ошиблись адресом? Мы, кажется, не знакомы, а вы мне почему-то «тыкаете»! — заявила возмущенно.

— Ты яблоко хочешь? Спрашиваю в последний раз!

И тут я его узнала! Ну, конечно же, Тимофей! Те же глаза, те же рыжеватые волосы и ямочка на подбородке…

— А можно? — осторожно уточнила я.

— Дают — бери, бьют — беги! — улыбнулся он.

— Господи, Тимка, как ты узнал меня?..

— Дома до сих пор лежит видеозапись с твоего дня рождения! Недавно просматривал ее, даже не надеялся тебя здесь встретить!

— А у меня до сих пор хранится та твоя открытка! Помнишь?

— Помню! Я нарисовал тогда счастье — нашу большую дружную семью…

С тех пор мы с Тимошей почти не расставались: женаты уже десять лет, воспитываем троих ребятишек. В минуты близости Тимофей повторяет растроганно:

— Знаешь, Мариш, а ведь я любил тебя всю жизнь! С тех далеких времен…

— Когда деревья были большими… — добавляю я, прижимаясь к любимому.