Тысяча девятьсот десятый год оказался очень важным в жизни Адели Самоа, жены врача из Палермо. Начался он печально, когда пятнадцатого марта умерла от туберкулеза ее пятилетняя дочь Александрина, а завершился вроде бы радостно – в декабре она родила двух девочек-близнецов. Как любой итальянской матери и ревностной католичке, ей полагалось считать своих детей ниспосланными свыше, даром блаженной Девы Марии, которой она истово молилась по субботам в соборе. Но для Адели Самоа эта идея утешения была не просто данью религиозным традициям, а чем-то более существенным.

Прошел только месяц со смерти Александрины, как умершая дочь явилась Адели во сне с ребенком на руках и сообщила матери, что она скоро вернется. И в тог же день Адель поняла, что она беременна, несмотря на перенесенную в прошлом году операцию на яичниках, после которой она, по мнению врачей, вряд ли могла зачать снова.

Ощущения матери оказались верны, а когда в декабре родились двойняшки, то у той из них, что появилась первой, обнаружились родинки такой же формы и там же, где были у умершей дочери. Новорожденную назвали Александриной в честь первеницы. Сперва муж Адели был убежден, что сон жены – результат ее печальных размышлений, и настаивал, чтобы она отбросила всякие мысли о возможности перевоплощения. Но время шло, и он был вынужден согласиться, что во всем этом и вправду есть нечто странное.

С каждым днем новая Александрина становилась все больше похожа на первую дочь, она играла в те же игры и ела те же блюда, что и первая, правда, она оказалась левшой, хотя сестричка-близняшка – нет. Но даже при всем при этом, лишь когда девочке исполнилось одиннадцать, родители окончательно уверовали, что она перевоплощение первой дочери.

Читайте также статью:  Чувак - значение слова

Однажды весной 1921 года Адель сказала дочерям, что на следующей неделе они, вероятно, поедут в Монреаль, и вдруг Александрина заявила, что она там уже была, и описала весь город с удивительной точностью. Там, сказала она, еще были эти «красные священники», которых не встретишь в Палермо. Когда мать спросила, откуда она все это взяла, Александрина удивилась и ответила, что Адель брала ее туда, а еще с ними была женщина, которую она описала как «соседку со шрамиками на лбу». Адель твердо знала, что близняшки в Монреале никогда не были.

Но много лет назад, в тот единственный раз, когда она сама оказалась в этом городе, то ездила туда с первой дочерью и подругой-соседкой, которая как раз тогда очень страдала от сильно вредящих ее красоте кист на лбу. А напрягши память, Адель вспомнила, что в тот день на главной площади Монреаля они встретили греческих священников, облаченных в ярко-красные рясы, неизвестные в Италии. Первая Александрина очень ими заинтересовалась. Отныне ничто не могло разубедить мать в том, что душа ее первой дочери переселилась в тело второй.

Этот случай начала века – лишь один из многих примеров того, как дети вдруг ни с того ни с сего вспоминают эпизоды из прошлых жизней, что, кажется, совершенно невозможно объяснить рационалистически, не принимая в той или иной форме теорию перерождений.

Британский пример более позднего времени поражает своим сильным сходством с историей в семье Самоа. В мае 1957 года две сестры, Джоанна и Жаклин Поллок, возрастом в одиннадцать и шесть лет, погибли в своем родном городе Гексэме в Нортумберленде – их сбила вылетевшая на тротуар машина.

Читайте также статью:  10 качеств «ВЕЛИКОГО КОММУНИКАТОРА»

Вскоре после трагедии отец девочек Джон Поллок пришел к необъяснимой уверенности, что их души переселятся в тела других детей. И когда в 1958-м его жена Флоренс сообщила, что она снова беременна, он лишь утвердился в своей идее и с нетерпением стал ждать рождения именно девочек-близнецов. Его вера была столь сильна, что он даже поспорит с гинекологом, обследовавшим жену и утверждавшим, что она родит лишь одного ребенка. Странный отцовский инстинкт победил. Четвертого октября миссис Поллок принесла двух девочек. И опять, как и в семье Самоа, физическое сходство детей было налицо. У старшей из близнецов, по имени Дженни, на лбу виднелась полоска в том самом месте, где серьезно поранилась ее покойная сестра Жаклин, упав с велосипеда. Еще у нее было родимое пятнышко на голове в том же месте, что у Жаклин.

Другая двойняшка, Джиллиан, родилась вообще без родинок, что тоже было странно, если учесть, что две сестры были монозиготными близнецами, то есть развились из одной яйцеклетки.

В семействе Поллоков, так же как и у их итальянских предшественников полувеком раньше, тоже случилось «воспоминание», которое окончательно склонило родителей к полной вере в реинкарнацию. Когда девчушкам было всего по четыре месяца от роду, вся семья переехала в Уитли-Бей, городок, расположенный в нескольких милях от Гексэма, и не возвращалась туда добрых три года, пока наконец Джон Поллок не смог перевезти своих домашних обратно.

И муж и жена были просто поражены тем, как их маленькие дети узнавали парки и игровые площадки, где часто бывали их старшие дочери. Они даже помнили ту дорогу, по которой их сестры каждое утро уходили в школу. Очевидно, что переезд способствовал некоему переключению в умах девочек, ибо спустя несколько недель они начали страдать от ужасных ночных видений. Им снилась, как они рассказывали, та самая трагедия, которой окончились их предыдущие жизни, и ее место они описывали во всех деталях. Кошмары продолжались много месяцев – пока девочки не достигли возраста пяти лет. Теперь, уже давно взрослые, сестры ничего не помнят о прошлых жизнях, но Джон и Флоренс Поллок остаются уверенными, что их умершие дочери возвратились, как и предчувствовал Джон.

Читайте также статью:  3 простых шага, чтобы РАЗОРВАТЬ ПЕТЛЮ БЕСПОКОЙСТВА

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ